11 Янв 2020

Битый полковник

Битый полковник

Инженер Соболевский был бит трижды. Да так, что иному одного раза хватило бы для того, чтобы не подняться.

Но он — поднялся. Для того, чтобы 21 марта 1827 года в Петербурге, еще не оправившемся от потрясения, связанного с казнью декабристов, выступить с докладом, ставшим манифестом для рождения новой области металлургии, всю мощь которой мы почувствуем только два века спустя.

images

Но сейчас — не об этом.

Начал карьеру свою Соболевский в 23 года помощником переводчика в министерстве коммерции. Этакий Акакий Акакиевич — мелкий чиновник без перспективы и шансов, что тебя заметят. Впрочем, это было еще не николаевское, время, а «дней Александровых прекрасное начало» и, казалось, возможно было все. Петр Григорьевич не преминул воспользоваться шансом. Министерство коммерции безуспешно попыталось приобрести патент французского инженера Лебона на «термоламп» — осветительное и отопительное устройство, работающее на светильном газе, получаемом при сухой перегонке дерева. И вот, вместо того, чтобы тупо переводить патентную документацию, Соболевский… усовершенствует конструкцию Леблона и предлагает свой вариант термолампа, который лучше, безопаснее и вообще на голову превосходит французский вариант. Как могло отреагировать министерство на сообщение о том, что ее клерк вместо переводов занимается изобретательством? Правильно, устроило разнос. Соболевский вынужден был уйти в отставку. Это был чувствительный удар для молодого человека.

Карьера чиновника была закончена.

Но карьера инженера только начиналась — создавать термоламп он не перестал. Тем более, что как раз в это время он получил наследство и…

 

26 декабря 1811 г. состоялся триумф Соболевского — он публично продемонстрировал ярко освещенную новыми фонарями площадь перед Монетным Двором. Его доклад о газовом освещении вызвал интерес, и было решено доложить императору Александру I об исключительной пользе «термолампы». Но далее…

Ну, далее — как обычно. Император очень заинтересовался, пожаловал Соболевскому орден Владимира 4 степени и повелел продолжить опыты, осветив Адмиралтейский проспект. Без финансирования, но с условием, что в случае успеха все затраты будут компенсированы Как это знакомо!

Газовые фонари на Невском проспекте. 1837 год

Газовые фонари на Невском проспекте. 1837 год

За пять тысяч рублей Соболевский изготовил термоламп, производивший газ, который подавался по трубам к 50 фонарям, установленным вдоль одной из сторон огибавшего Адмиралтейство бульвара. По другой его стороне горели 50 масляных фонарей, что, по логике, должно было давать наглядное представление о том, какой именно из способов освещения более прогрессивен.Однако то ночь, по мнению комиссии, оказалась недостаточно тёмной, чтобы составить впечатление о яркости, то недоставало морозов, чтобы понять, как ведёт себя «термолампа» на морозе… В общем, проект «забюрократили».

Одновременно с этим проваливается проект создания газовой печи на Монетном дворе, которую Соболевский тоже подрядился построить — и тоже за свой счет с условием компенсации при удачном завершении. За сутки из дров удалось получить гораздо меньшее количество кокса и дёгтя, чем было обещано заказчику.

termolampa[1]

Это было полное фиаско. наследство растрачено. Результат не принят. Средств к существованию — нет

И инженер Соболевский поступает в услужение к купцу 1 гильдии В. Всеволожскому. Он едет на его Пожевский завод в Пермской губернии и занимается его оборудованием. Эта его деятельность заслуживает отдельного рассказа. Первым же его шагом стало внедрение на заводе газового освещения, что было внове для промышленности того времени и позволило полностью отказаться от пожарооопасного и неэффективного свечного освещения.

На этом заводе он создает один из первых в России паровозов (третий , если быть точным), первым отказывается от установки паровой машины на баржи и проектирует пароход специально для установки на него паровой машины (и это были второй и третий пароходы, произведенные в России).

На заводе он первым в России освоил получение чистого железа методом пудлингования, сконструировал для этого «самодувную» печь и «колбасные» прокатные станы. Фантастическая карьера!

Но…

Опять но.

Печи по мнению владельца завода давали недостаточную производительность.

Цеха Пожевского завода. Энциклопедия Пермского края

Цеха Пожевского завода. Энциклопедия Пермского края

Вслед за этим триумфом, «когда уже все было мною кончено и дело пошло к расчету, то он, г. Всеволожский, поступил со мной так неблагородно, что я, получив отказ даже в одной паре лошадей, принужден был с семейством своим вытти из завода его пешком и без копейки денег…» — эти строки взяты из жалобы Соболевского в суд.

Снова у разбитого корыта.

Но теперь у него жена и дети.

И — возраст…

Но и — репутация.

Николаевский корпус Воткинского завода.

Николаевский корпус Воткинского завода.

Его сразу же пригласили на казенный Воткинский завод, где обязались выплачивать «ежегодно четвертую часть той прибыли, которую доставит заводу каждое введение усовершенствования».

Семь лет он работает в Воткинске, после чего возвращается в столицу, чтобы начать там совершенно новую жизнь.

Теперь уже не заводского инженера, не изобретателя, а исследователя.

Теперь он уже сам выбирает темы для исследований.

И выбрал — наитруднейшую.

В начале XIX века в России были обнаружены большие запасы платины. Это драгоценный металл — дороже золота.

Беда в том, что никто в то время не мог расплавить платину. Температура плавления слишком высокая, не было таких печей.

И Соболевский берет на себя решение этой задачи. Строит специально под нее лабораторию.

Проводит исследования.

Экспериментирует.

Результат стал известен 21 марта 1827 года. Министр финансов пригласил всех «призванных своим присутствием и благорасположением содействовать прогрессу науки» прибыть в актовый зал Горного корпуса, чтобы заслушать доклад г. Соболевского «О новом способе очищать сырую платину и приводить ее в ковкое состояние».

Соболевский поступил как инженер. Он не стал создавать новые печи, он вообще отказался от идеи плавить платину.

Он изобрел…

Он изобрел способ чеканки монет из губчатого металла без расплавления основы.

То, что впоследствии назовут порошковой металлургией.

Сам того не зная, он заглянул в нанотехнологии XXI века и выяснил, что микроскопические частицы ведут себя совершенно иначе, чем макрочастицы. И использовал это свойство для чеканки монет.

1-2[1]

Результат — знаменитые «белые червонцы» — первые в мире чеканные монеты из чистой платины.

Нет, результат, на смом деле совсем иной. В результате созданной тогда Соболевским технологии мы имеем сегодня напечатанные на 3D принтере детали двигателей самолетов, новые композитные материалы, соединяющие несоединимые компоненты — подшипники гоночных автомобилей, обшивка многоразовых космических кораблей, а на подходе — аэрогели, материалы легче воздуха.

И все это ведет родословную от того мартовского доклада полковника Корпуса Горных инженеров