08 Янв 2020

Концессионер-неудачник

Концессионер-неудачник

Оглядываясь назад, пытаясь постичь величие предков, мы, как правило, видим вершины, сверкающие пики, устремленные к небесам.

Но ни один пик невозможен там, где пространство представляет собой выжженную пустыню.

Эти сверкающие пики оказались возможны только потому, что снизу их подпирали тысячи и тысячи скромных героев, о которых мы не знаем почти ничего.

Но идем мы вперед во многом именно благодаря им. Потому что именно благодаря им семена будущего попали на унавоженную почву.

Михаил Антонович Токарский (1868—1941(1942)) — русский инженер, предприниматель, изобретатель почти неизвестен в России.

Михаил Токарский

Вернее, развалины его усадьбы близ города Окуловка в Новгородской области привлекают толпы туристов, наслаждающихся романтическими руинами. Но кто такой Токарский, чем он был для России и чем именно была интересна его усадьба — остается за рамками краткого визита.

o51F5CGyTiw[1]

И то — выросший на месте «Маленького Версаля» (как называли его усадьб) еловый лес закрывает для нас не только личность хозяина, но и его творения.
А творения – значимые. По отдельным оставшимся деталям можно восстановить картину.
Помимо того, что это была очень красивая усадьба, она  интересна еще и тем, что это один из первых опытов использования  тонкостенного железобетонного литья для усажебного строительства. По усадьбе есть много источников, поэтому не будем здесь разбирать ее подробно.

Упомянем лишь, что приобретя имение Заветное, Михаил Антонович в короткий срок выстроил здесь 2 двухэтажных дома, 2 флигеля, оригинальную часовню, въездные ворота, плотину с водохранилищем на ручье Талец, водонапорную башню, оранжерею, баню, купальню, прачечную, беседки, кукольный домик и проч. Со временем появился и летний театр на 100 мест, в котором выступали петербургские артисты. В усадьбе имелись водопровод, электрогенератор, гидротаран для подъёма воды, паровое отопление, электроосвещение.

p_dKTuNO_Q0[1]

Пожалуй, больше всего сегодня туристов привлекает миниатюрная романтическая часовня-усыпальница, сохранившаяся до наших дней. Часовня состояла из двух башен: круглой и квадратной в плане, примыкавших друг к другу.

Квадратная башня имела снизу 4 стрельчатых окна, а поверху – парапет с прорезями в виде бойниц (машикулей) и небольшую круглую полубашню. В круглой башне располагался вход в капеллу и на балюстраду. На уровне второго этажа, куда вела винтовая лестница, состоящая из 21 ступеньки, размещалось круглое окно. Завершали круглую башню машикули и низкий шатёр с крестом и полумесяцем.

Внутри в потолке капеллы имелся большой квадратный проём со вставным голубым стеклом, который одновременно служил надёжным полом смотровой площадки. Пол капеллы был выложен розовой и чёрной плиткой. Тонкие колонки с коринфскими капителями, переплетающиеся нервюры и дубовые листья образовывали стрельчатые ниши – по 3 на каждой стене. Отделанная под серый мрамор нижняя часть стен имела удлинённые базы колонок.

zavetnoe

Итак, Михаил Антонович Токарский начал свою деятельность с исполнения должности младшего запасного лесничего Корпуса лесничих в Олонецкой губернии.

Судьба была, казалось бы, немилосердна к отпрыску дворянской семьи. Глухая Олонецкая губерния. Лес. Должность младшего запасного лесничего.

Обложка книги М.А. Токарского 1899 года

Обложка книги М.А. Токарского 1899 года

Не блестящее начало карьеры. Но он — на своем месте. Уже в молодости в нем чувствуется умение вытянуть максимум полезного из того окружения, в которое он попал. В 1895 году издает первую свою работу «Кустарное смолокурение в России из смолья-подсочки». Забегая вперед, мы понимаем, какая это могла быть трагедия — блистательный инженер, прирожденный бизнесмен, предприниматель в лучшем смысле этого слова занимается исследованием кустарного производства смолы.

Но — лиха беда начало. «Бросая в воду камешки, смотри на круги, ими образуемые; иначе такое бросание будет пустою забавою.» Поездки, необходимые для изучения кустарного смолокурения, Токарский использует для исследования водных сил и экономики Олонецкой губернии.

И вот — уже в 1896 году первый результат. Как лучшего специалиста, его приглашают принять участие в деятельности комиссии по определению места для строительства Тулмозерского железоделательного завода и в 1897 г. он становится заведующим отделом топлива Тулмозерского завода.

1312034_original[1]

Рассказ о заводе требует отдельного описания. Это в своем роде поэма — являясь детищем Великого князя Петра Николаевича, завод был построен за два года в совершенно глухой местности акционерным обществом «Сталь» и является яркой иллюстрацией того, как развивался русский капитализм в конце XIX века. И, кстати, сегодня это один из немногих достаточно неплохо сохранившийся до наших дней памятников горно-заводской промышленности конца XIX — начала ХХ веков. Особенность его не только в том, что до сих пор доступны в разной степени разрушения брошенные почти 100 лет назад заводские корпуса, но сохранились также наземные и подземные выработки сырья для этого завода.

Здесь отметим только, что чугунолитейный завод был оснащён самым современным на тот момент оборудованием европейского производства: кауперовские аппараты от немецкой фирмы Heinrich Stöhler, воздуходувные машины от немецкой фирмы Ochellhauser Maschinenfabrik-Jiegen, а шамотный (огнеупорный) кирпич был заказан у английской компании Cowen and Co. Проектированием большой доменной печи занимался известный берлинский инженер Люрмен. В качестве топлива для доменной печи использовался древесный уголь.

Именно топливом для него и занимался молодой инженер Токарский.

Рудный парк «Тулмозерье» в Карелии сегодня

Рудный парк «Тулмозерье» в Карелии сегодня

Очень быстро на заводе ему стало тесно и он начинает создавать собственные проекты.

Нужно сказать, что нюх на перспективные предприятия у Михаила Антоновича был отменный.

В 1898 — 90-х гг. петербургский инженер Тимофеев проводил определение мощности водопадов Кивач, Пор-Порог и Гирвас. Естественно, эти исследования не могли пройти мимо Токарского. Он участвует в изыскании и увлекает перспективой больших прибылей главу Товарищества Красносельской писчебумажной фабрики К.П.Печаткина — и в 1903 Товарищество получает лицензию на использование водяной силы в Кондопоге. Сила воды нужна для строительства  ГЭС и целлюлозно-бумажного завода. Фабриканты прельстились перспективой получить независимость от внешнего рынка сырья: 75 процентов целлюлозы для России поставлялось из Великого княжества Финляндского. А к тому же чистейшая местная вода, как показывали исследования, способствовала производству высококачественной целлюлозы.

Тут наступает звездный час Токарского. Он начинает строить плотину в Сопохе, сооружает конно-рельсовую железную дорогу через перевал Нигозеро — Кондопога и пристань в Кондопожской губе.

С. М. Прокудин-Горский. Жел. дор. [пристань на Онежском озере у села Кондопога]. 1916 год. На снимке пристань Токарского в Кондопожской губе (Чупа-губа); в наст. время — г. Кондопога, около Кондопожского ЦБК.

С. М. Прокудин-Горский. Жел. дор. [пристань на Онежском озере у села Кондопога]. 1916 год. На снимке пристань Токарского в Кондопожской губе (Чупа-губа);
в наст. время — г. Кондопога, около Кондопожского ЦБК.

Но…

Но денег не хватает. Концессионеры требуют прибыли, а ее нет. Стройка требует все больших и больших вложений.

казалось бы, пора закрываться.

но…

Но Токарский не был бы Токарским, если бы не нашел выход. Он знает, что в Петербурге по проекту Л.Н.Бенуа ведется строительство Выставочного зала Русского музея им.императора Александра III. И на стройку нужен мрамор. Мрамор издревле добывали в Карелии. Но промысел давно заброшен. Токарский расчищает карьеры, возрождает промысел и подряжается доставлять мрамор для Русского музея из Тивдии. Мрамор идет через Кондопогу с пристани, построенной и принадлежащей Токарскому.

Архитектурной доминантой здания Российского этнографического музея является Мраморный зал, задуманный как зал-пантеон в память императора Александра III, ценителя и покровителя русского искусства. Мраморный зал поражает воображение своими масштабами. Его площадь составляет около 1000 кв.

Архитектурной доминантой здания Российского этнографического музея является Мраморный зал, задуманный как зал-пантеон в память императора Александра III, ценителя и покровителя русского искусства. Мраморный зал поражает воображение своими масштабами. Его площадь составляет около 1000 кв.

Ничего личного. Только бизнес.

Но подряд выполнен — и денег снова нет.
Токарский снова у разбитого корыта. Все говорят о нужности и важности ГЭС, о перспективах собственно бумагоделательной промышленности, но это все разговоры. В реальности – денег нет.

Тогда Токарскому приходит в голову мысль — привлечь на свою сторону могучее ведомство — Главное артиллерийское управление. В 1910 г. он предложил ГАУ идею сооружения первого в России завода азотной кислоты и представил расчет на получение 70 тыс. пудов азотной кислоты — 1/3 всей потребности России в мирное время — «совершенно безопасный от неприятельского нашествия центр изготовления отечественного азота для военных целей…» Смета на проект — 2 млн.руб.

Стоит отметить, как именно Токарский разговаривает с военными. Он представился им как «единственное лицо, могущее организовать скорое получение азота внутри страны». Сделать это, заявил Токарский, способен «только я, в силу особого высочайше утвержденного за мной права на пользование Кондопожской водяной энергией в Олонецкой губернии».
Наглость – второе счастье. Когда читаешь материалы, как именно вел Токарский переговоры, и не вспомнишь, что за его спиной – неудачная концессия, долги и перспектива банкротства.

Нет, Токарский предстает перед ГАУ уверенным предпринимателем с опытом и амбициями. Он брался приступить к сооружению завода «немедленно» и, по его уверению, «без затрат со стороны военного ведомства». Однако тут же он сам обязательным условием такого шага выдвигал «подписание договора на предмет поставки азотной кислоты» Свое ходатайство Токарский подкрепил сообщением, что «сейчас в Гамбурге образовался синдикат… во главе с Морганом и Немецким банком» и с участием в нем «шведских заводов электрохимического изготовления азотной кислоты», а потому теперь «обеспечение русской армии порохом находится всецело в руках иностранцев….
Знал, на какие рычаги надавить.

 

Военные отнеслись к идее благосклонно, но не торопились ее воплощать. Четыре года Токарский вынужден прозябать. Он ждет и бомбардирует столицу депешами. Для деятельного Токарского прозябание в Петрозаводске смерти подобно. Концессионеры требуют прибыли.  А Токарский ждет.
Но ждет деятельно. В 1911 году он создает  проект улучшения  судоходных условий ладожских каналов. Нет ответа.
В 1913 Особая комиссия и Техническое совещание при Управлении внутренних водных путей и шоссейных дорог рассматривает ходатайство предпринимателей д. с. с. Филипьева и инж. Токарского о разрешении им сооружения Ладожской железной дороги с введением на приладожских каналах паровой тяги судов и гонок. Ответ – отрицательный.
Ни один проект не проходит.
Концессионеры – ждут. Главное Артиллерийское управление – спит.

 

 

Проснулись артиллеристы  только в 1914 году, когда началась война.
Еще два года согласований.

В 1916 г. в окрестностях Кондопоги закипела работа — команда геодезистов капитана Евдосьева делала разбивку магистрали, нивелировку трассы, рубку леса, защиту древесины и разведочное бурение по оси канала.

Предполагалось построить электростанцию, где 5 турбин мощностью до 5000 л.с. сжигали бы в электродуговых печах атмосферных воздух с последующим поглощением образовавшихся окислов и получением 40% азотной кислоты — основы для производства артиллерийского пороха.

С. М. Прокудин-Горский. Бараки [строителей] у станции [Кивач]. 1916 год. Станция Кивач распологалась в районе современной Кондопоги и в 1965 г. переименована в станцию "Кондопога".

С. М. Прокудин-Горский. Бараки [строителей] у станции [Кивач]. 1916 год. Станция Кивач распологалась в районе современной Кондопоги и в 1965 г. переименована в станцию «Кондопога».

Были ли довольны концессионеры? Тут источники расходятся во мнениях.  Судя по всему, местные предприниматели были не очень-то нужны могучему ведомству. Оно прекрасно могло обойтись и без «единственного лица, могущего организовать скорое получение азота внутри страны».
Вот как вспоминает об этом времени сам Токарский:
«Дело поступило в разные комиссии артиллерийского ведомства, разбиралось там в течение около года, и   резолюция одного из последних заседаний была такова: так как предприниматели говорят, что ими вопрос изучен досконально, а по мнению комиссии он изучен недостаточно ясно и точно, то это предоставление им заказа и невыполнение ими, в случае неудачи, может дискредитировать в России постановку частного изготовления азотной кислоты. А посему полагается отклонить это предложение.»

Так или иначе, в 1916 году, как раз в момент начала строительства завода,  концессионеры передают лицензию Военному ведомству, посчитав, судя по всему, партнерство с государством слишком опасным. Ибо государственная машина мчалась вперед, не очень-то замечая концессионеров.

Впрочем, Токарский и тут остался Токарским, умеющим превратить разгром в победу.
Пороховые заводы? Не очень-то и хотелось. И они просит в обмен на лицензию, которая потребовалась военному ведомству, новую – теперь на использование  нижней части реки Сегежи.

Кондострой. 1931 г. Холст, масло. 69х94 см. Художник М. Цыбасов

Кондострой. 1931 г. Холст, масло. 69х94 см. Художник М. Цыбасов

На самом деле это был полный провал.
Военным Токарский оказался не нужен. Землю под Кондопогой, предназначавшуюся для сооружения завода, он вынужден был продать «Красносельской писчебумажной фабрике наследников К.П. Печаткина» .
Кондопожскую ГЭС, одну из первенцев ГОЭЛРО, в 1929 году достроили уже без него, хотя именно он выполнил все изыскания в 1910 и на его проекте  В. И. Ленин начертал «не возражаю» в 1919.
Кондопожское бумажное предприятие, голубую мечту инженера Токарского, достроили тоже уже без него.
Хотя именно он мог с полным правом именовать себя основателем фабрики (история эта неожиданно всплыла в 1939, когда Токарский хлопотал о получении пенсии и приехал, уже будучи стариком, на завод собирать справки – советская власть  требовала бумаг).
Впрочем, не случись эта история в Кондопоге,  неизвестно, как повернудась бы судьба Михаила Антоновича. После октября 1917 года все, принадлежащие Токарским, фабрики национализировали. Замечательную усадьбу, с которой мы начали свое повествование,  он безвозмездно передал государству.
И начал новую жизнь простого советского инженера в Ленинграде.
Он занимался изучением угольных залежей под Боровичами и Шереховичами, вёл прокладку Неболчской железной дороги.
Во время Советского периода творческий потенциал инженера-технолога отображается в изобретательской деятельности. В этот период на имя М.А.Токарского зарегистрировано множество патентов на изобретения.

Из воспоминаний внучек М.А.Токарского стало известно, что «умер М. А. Токарский в возрасте 72 лет зимой 1941-1942 года во время эвакуации из Ленинграда по дороге в Вятку. Когда они с Марией Васильевной (его супругой) уезжали из блокадного города, Михаил Антонович был очень болен и слаб. Его сняли с поезда где-то перед Вяткой. Так что неизвестно, где он похоронен. Мария Васильевна Токарская (урожденная Александрова) его супруга с семьей дочери была в Усть — Каменогорске и вернулась из эвакуации в Ленинград в 1944 году.»

Общий вид здания Кондопожской ГЭС с нижнего бьефа. Современная фотография

Общий вид здания Кондопожской ГЭС с нижнего бьефа. Современная фотография

Что отдал – то твое.

Кондопожцы вспомнили о Токарском к 90-летию ГЭС. Ему посвятили несколько статей, как  человеку, который сделал город. В буквальном смысле сделал – он первым увидел в маленьком поселке индустриальный потенциал и сделал все, чтобы этот потенциал раскрылся.

Многочисленные туристы, бродящие между романтических руин усадьбы «Заветное» вспоминают о человеке, превратившем эти заболоченные ельники в «маленький Версаль». Наберите в поисковике фразу «Усадьба Токарского» — и выудите тысячи восторженных фотографий.

 

Впрочем…
Впрочем, пороховые зады в Кондопоге так и не были построены.
Бумажную фабрику построили совсем другие люди.
И даже ГЭС, голубая мечта Михаила Антоновича, сооружение, на  которое он отдал жизнь, построена была «по ленинскому плану ГОЭЛРО» и кто там помнил о дореволюционном инженере, получившем концессию на силу рек Карелии?

 

источники и литература по теме:

Усадьба М. Токарского «Заветное»

На восток Новгородской области. Усадьба Заветное, деревня Малый Борок

Жемчужина леса

Михаил Антонович Токарский — первый предприниматель в Кондопоге

90 лет Кондопожской ГЭС

М.А.Токарский — человек, благодаря которому родился город

Почему первую в Карелии гидроэлектростанцию построили не сразу

 

Метки:,